Судьба солдата Николая Никифорова

21.08.2020 г. | 1040

Серега стоял и довольно улыбался. Было понятно, что он уже нашел. «Попробуй, - кивнул он, указывая на рукоять своего щупа». Сомнений не было, наконечник «облизывал» трубчатую кость.

Провал был узкий, сантиметров сорок, и тянулся по кривой метров на пять. Везде щупались останки. Стало понятно, что это небольшой транш, который приспособили под захоронение. Вскрытие периметра, снятие грунта до глубины залегания останков - и началась археологическая зачистка. Сантиметр за сантиметром, не спеша, все зачищалось под нож и щетку. На дне траншеи четыре бойца, лежат друг на друге. Они присыпано землей, и сверху лежит отдельно пятый. В районе таза нож задевает металл. Это место брючного кармана. Аккуратно извлекаем медную иконку, крестик и ржавую гильзу. Все было завернуто в ткань, которая полностью истлела. Гильзу сразу убираем в пакет, так как почти нет сомнений, что это самодельный медальон. Промыв иконку, видим лик Николая Чудотворца с еще сохранившимися эмалями. «Бойцу не более 18-19 лет, - говорит Сергей, доставая бедренные кости, - эпифизарные пластины еще не приросли, и это указывает на то, что перед нами совсем юный солдат». В районе пояса опять металл - это железная пряжка ремня. После очистки становится различим якорь со звездой. Необычно много личных вещей для наших мест и это особенно приятно, учитывая, что есть медальон и в случае установления имени мы сможем все передать родным на память.

В понедельник утром, первым делом, я отвез медальон нашему эксперту, Игорю. Теперь вся надежда была на то, что в ржавой железной гильзе сохранится ключевая информация и мы узнаем имя солдата. Спустя сутки отмачивания в щавелевой кислоте диагноз не утешительный - записка насквозь пропитана ржавчиной, и в случае попытки ее раскрутить, неизбежны большие утраты бумаги. Ждем еще сутки, дальше нельзя, надо разворачивать. Сама записка свернута необычно, так что два ее края оказываются внутри, но постепенно поддается и Игорь ее разворачивает. Заполнена карандашом и записи хорошо видны. Читаем: «НИКИФОРОВ НИКОЛАЙ ДМИТРИЕВИЧ, призван Коммунистическим РВК, Московская обл, п/о Рогачево, д. Александровка.. Моисеевой ...ковье Андреевне (бабушка), Котловой Таисии Андреевне, Моск. область, д. Паньково.» Быстро находим подходящего бойца по ОБД «Мемориал», все сходится - 139 СД, убит 16.09.1942. Солдату на момент гибели 19 лет. Пересылаем информацию Алене Маньшиной и молимся, так знаем из опыта - поиск родных в Москве и области часто заходил в тупик. Далее начинается целый ребус по поиску родственников, распутать который помог профессионализм Алены. Итак, по порядку: 7 ноября 1923 у Таисии Ивановны рождается сын Николай. Мальчик родился не в браке. Понимая, что с сыном на руках замуж дочери не выйти, бабушка забирает внука себе и официально усыновляет. Бабушка женщина видная, высокая и безусловный авторитет в селе. Со всеми спорами односельчане всегда бежали к ней. В прошлом у семьи Моисеевых была своя фабрика, но сгорела накануне революции, поэтому под раскулачивание они не попали. Но все были образованными и интеллигентными людьми. Через семь лет родной отец Николая признает своего сына и дает ему свою фамилию. Так Моисеев Николай становится Никифоровым. Кстати мама мальчика вышла замуж и стала Котловой по мужу, поэтому в медальоне и была эта фамилия. Вскоре у нее рождается еще три сына, один из которых жив и сейчас. Времена тяжелые и голодные, еды не хватает, и Таисия Ивановна попадает на четыре года в тюрьму за шесть картошек, украденных с поля после уборки. Ей дали больше, но она написала письмо Калинину, и ее освободили досрочно. Ее сыновей забирают в детдом. В январе 1942-го Николай Никифоров уходит добровольцем на фронт и попадает в связисты. Судьба распорядилась так, что попал он на одно из тяжелейших направлений, на Калининский фронт. Почти обескровленную, 139-ю дивизию, после месяца боев под Ржевом, перебрасывают под город Зубцов, где спустя еще месяц в трех полках дивизии остается всего 40 (!) человек. Со слов родственников мы узнаем, что односельчанин Николая, служивший с ним, и вернувшейся в село, поведал матери и бабушке, что Николай Никифоров, был расстрелян командиром перед строем, за то, что задремал за телефонным аппаратом на посту… Командира за это понизили в звании за самоуправство, и он продолжил службу. Зная, что там творилось, какие были бои и потери, нам трудно в это поверить... Психика людей от постоянных боев и смертей была надорвана и можно допустить, что у командира сдали нервы, но все равно не укладывается в голове... Совсем мальчишка, 19 лет, уставший от этого ада войны задремал, и за это - расстрел... В семье приняли решение об упокоении Николая на кладбище в селе Рогачево, Дмитровского района Московской области, рядом с его мамой, Таисией Ивановной. Торжественная церемония передачи останков солдата состоится 23-го августа на мемориале в деревне Веригино Зубцовского района. Еще в одной истории солдата своей страны будет поставлена точка, но она навсегда останется в наших с вами сердцах, как дань памяти всем тем, кто воевал и не вернулся.

Текст: Михаил Богданов

Фотографии: из архива поискового отряда «Пионер»